Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела


Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела
Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела


Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела


(171.5 kb.)
Доступные файлы (1):

n1.doc

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РФ

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ


ЭКОНОМИКИ, СТАТИСТИКИ И ИНФОРМАТИКИ

Кафедра АСОИиУ

Контрольная работа

по дисциплине:

«КОНЦЕПЦИЯ СОВРЕМЕННОГО ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ»

на тему:

«В.И. Вернадский о соотношении науки, философии и религии».

Исполнитель: Ямаева Венера Тимофеевна

Группа ЗМР 101

Руководитель:

Алексеев Сергей Иванович

Москва, 2010

Содержание
1.Введение

2.Наука и философия В.И. Вернадского.

3.Наука и религия В.И. Вернадского.

4.Заключение

Список используемой литературы

Введение

Имя великого русского ученого и мыслителя Владимира Ивановича Вернадского широко известно и высоко чтимо во всем цивилизованном мире.

История науки знает немало великих имен, с которыми связаны фундаментальные открытия, однако почти всегда это ученые, работавшие в одной области знаний. Несравненно реже - мыслители, которые охватывали мудрым взором всю совокупность знаний своей эпохи и на столетия вперед определяли развитие научного мировоззрения. Таковы Аристотель, Леонардо да Винчи, Ломоносов.

В ХХ веке соизмеримой им по своей универсальности и значению величиной стал В.И. Вернадский.

Естествоиспытатель, основоположник геохимии, биогеохимии и учения о биосфере, минеролог, кристаллограф, радиогеолог, автор трудов по философии естествознания, науковедению. По словам его ученика, выдающегося геохимика А.П. Саукова, «минералогию он реформировал, биогеохимию и радиологию создал».

Но и это не все. В.И. Вернадский создал также учение о природных водах, внес крупный вклад в почвоведение, метеоритику, а главное - разработал учение о биосфере Земли и неизбежности ее превращения под действием коллективного разума и труда человечества в ноосферу, которая будет удовлетворять все материальные и духовные потребности численно возрастающего человечества. «Мы живем, - писал он, - в небывало новую, геологически яркую эпоху. Человек своим трудом и своим сознательным отношением к жизни перерабатывает земную оболочку – геологическую область жизни, биосферу. Он переводит ее в новое геологическое состояние: его трудом и сознанием биосфера переходит в ноосферу».

Для страны и для отрезка истории, в которых ему пришлось жить, островком смысла и логики среди политических катаклизмов и бездумных социальных метаний стала наука. Вернадский принадлежал к тонкому слою наиболее образованных русских людей. Его часто и справедливо называют ученым-энциклопедистом. Действительно, зная основные европейские языки и общаясь с выдающимися учеными своей эпохи, он был в курсе всех открытий в области естественных наук, глубоко продумывал и философски обобщал эти открытия в своих многочисленных трудах. В своей книге «Биосфера» В.И. Вернадский впервые показал, что биосфера – закономерный результат развития нашей планеты, ее верхней области земной коры. Живые организмы в биосфере – не случайные гости, а часть закономерной организованности.

В последние годы жизни ученый пришел к другому философскому открытию – идее перехода биосферы в ноосферу, или сферу разума. Учение В.И. Вернадского о биосфере и ноосфере в наше время стало основой экологической стратегии человечества, от которой зависит его будущее.

2. Наука и философия В.И. Вернадского.

В творческом наследии Вернадского огромная часть принадлежит философии. Его философские интересы приняли устойчивый характер еще в гимназические годы.

В начале XX века в основном складывается принципиальный взгляд Вернадского на проблему соотношения философии и науки. “… Развитие научной мысли никогда долго не идет дедукцией или индукцией - оно должно иметь свои корни в другой, более полной поэзии и фантазии, области: это - область философии. Философия всегда заключает зародыши, иногда даже предвосхищает целые области будущего развития науки, и только благодаря одновременной работе человеческого ума в этой области получается правильная критика неизбежно схематических построений науки”.

С начала 20-х годов философские интересы Вернадского поднимаются на качественно новую ступень. Не прерывая знакомства с западноевропейской философией, ученый все чаще обращается к мыслителям Востока, главным образом Индии и Китая.

Наряду с этим с начала 20-х годов резко возрастает философская насыщенность специальных естественнонаучных трудов Вернадского, что было связано в первую очередь с созданием учения о биосфере и разработкой проблем биогеохимии, тесно переплетавшихся с мировоззренческими, социально - гуманитарными и экологическими вопросами.

Сложно складывались, в 20-30 годы, отношения Вернадского с советскими философами, выступавшими с позиций диалектического материализма. В эти годы труды натуралисты, посвященные живому веществу, биогеохимии, учению о биосфере, не раз подвергались резкой критике. “Оппоненты упорно выискивали проявления “идеализма” и прочей “идеологической контрреволюции”, произвольно выхватывая из общего контекста отдельные мысли и цитаты”.

Философия всегда основана на разуме и тесным образом связана с личностью, причем типы личностей всегда отвечают различным типам философии. Личность неотделима от философского размышления, а разум не может дать той меры, чтобы охватить личность. Философия никогда не решает загадки мира, она их ищет. Тысячелетним процессом своего существования философия создала могучий человеческий разум, подвергла глубокому анализу разумом человеческую речь, создала отрасли знания, такие, как логика, математика, основы современного научного знания.

Наука выросла из философии тысячелетия тому назад. Исторически важно, что было три (средиземноморский, индийский, китайский) или четыре (тихоакеанско-американский) независимых центра создания философии, которые тысячелетия оставались неизвестными друг другу, что дало им возможность самостоятельно развиваться. Наиболее мощно философская мысль шла в Индии. По мнению Вернадского индийская логика пошла глубже логики Аристотеля, а ход философской мысли почти тысячу лет назад достиг уровня философии Запада конца XVIII в. Индийская философская мысль более тысячелетия оказывала глубокое влияние на тибетские, корейские и японские государства.

XIX столетие и особенно XX век коренным образом изменили религиозную и философскую структуру всего человечества и создали прочную почву для единой вселенской науки, охватившей все человечество, дав ему научное единство. Всюду создавались многочисленные центры научной мысли и научного искания.

Вернадский считал, что это первая предпосылка перехода биосферы в ноосферу. Мощный рост научного знания совпадал с глубоким творческим застоем в смежных областях, тесно связанных с наукой, - в философии и в религиозном мышлении. Это связано с тем, что в истории философии наблюдалось явление, невозможное для научной мысли в наше время, философий несколько, причем они развивались независимо друг от друга в течение столетий, а наука одна для всего человечества.

Положение философии в структуре человеческой культуры своеобразно. Она связана с религиозной, социально-политической, личной и научной жизнью неразрывно и многообразно. Огромное число относящихся к ней проблем, постоянно растущих, непрерывно переход от нее ко всем вопросам обыденной и государственной жизни, здравого смысла и морали дают возможность принимать участие в ее работе всякому мыслящему и задумывающемуся над происходящем человеку.

По мнению Вернадского философии можно и нужно учиться. “Произведения великих философов есть величайшие памятники понимания жизни и понимания мира глубоко думающими личностями в разных эпохах истории человечества. Это живые человеческие документы величайшей важности и поучения, но они не могут быть общеобязательны по своим выводам и заключениям, так как отражают:

во-первых, прежде всего человеческую личность в ее глубочайшем размышлении о мире, а личностей может быть бесконечное множество - нет двух тождественных;

во-вторых, разработанное свое понимание реальности; таких пониманий может быть по существу не так уж много; они могут быть собраны в небольшое число основных типов. Но не может быть среди них одного единого, более верного, чем все другие. Критерия ясного и определенного для этого нет и быть не может”.

Ясно, что философии надо учиться, но нельзя с помощью только учения сделаться философом, т.к. основной чертой философии является внутренняя, искренняя работа размышления, направленная на реальность, нас окружающую.

В основе философии лежит примат человеческого разума. Философия всегда рационалистична, для нее разум есть высшая инстанция, законы разума определяют ее суждения. Сила философии в ее разнородности и в большом диапазоне этой разнородности. С ходом времени, росту научного знания, появлению новых наук и огромному значению новых научных проблем и открытий разнообразие философских представлений растет в такой степени, в какой этого никогда не было. Но философ, как утверждал Вернадский, отстает все больше и больше от философской обработки научного знания. Необходим философский анализ отвлеченных понятий для научного охвата новых областей.

Наука и философия находятся непрерывно в теснейшем контакте, т.к. в известной части касаются одного и того же объекта исследования. Граница между философией и наукой, по объектам их исследования, исчезает, когда дело идет об общих вопросах естествознания. Такие научные представления часто называют философией науки. Хотя, по словам Вернадского: “Ученый не должен выходить, поскольку это возможно, за пределы научных фактов, оставаясь в этих пределах, даже когда он подходит к научным обобщениям”.

Философия неизбежно не выходит за пределы понятий-слов. У нее нет возможности подходить к понятиям-предметам. В этом основное отличие логической работы ученого и философа. Наука в отличие от философии при логическом и методологическом анализе никогда не ограничивается только словами. Особенно резко это отличие выявляется в области точного естествознания по сравнению с большой областью проблем гуманитарных наук.

Наука неотделима от философии и не может развиваться в ее отсутствие. В то же время наука не может идти так глубоко в анализ понятий, т.к. философия, которая их создает, опирается не только на научную работу, но и на анализ разума.
Некоторые черты, отличающие работу ученого от работы философа.

Философ принимает слово, определяющее естественное тело, только как понятие и делает из него все выводы, логически из такого анализа вытекающие.

Ученый должен быть в курсе творческой ищущей философской работы, но не должен забывать о ее неполноте и недостаточной точности определения естественных тел в области, подлежащей ее ведению. Он всегда должен вносить в выводы философа поправки, учитывая отличие реальных естественных тел, им изучаемых, от понятий о них, с которыми работает философ. Ученый, логически анализируя понятие, отвечающее данному естественному телу, непрерывно возвращается к его предметному научному исследованию (числом и мерой). Нередко в ходе научной работы ученые возвращаются непосредственно к пересмотру свойств естественного тела мерой, весом, опытом, описанием и уточнением наблюдения, тысячи раз на протяжении десятков лет, столетий. В результате все представления об естественном теле может в корне измениться.

Философ вынужден считаться с существованием простраства-времени, а не с независимыми друг от друга двумя “естественными телами” - пространством и временем. Нераздельность пространства-времени есть эмпирическое научное положение, прочно вошедшее в XX в. в научную работу.

В отличие от ученого, для философа в его работе главное значение в достижениях науки имеют схематические рационализированные, логические формы выражения действительности. Только благодаря философскому и математическому анализу они утончаются и углубляются, принимают новые формы и новую силу проникновения. Эта критическая, вековая работа философской мысли оказала огромное влияние на научную мысль, но она по существу захватывает только небольшую часть научного знания.
Проблема пространства и времени.

Одно из самых основных различий в мышлении натуралистов, с одной стороны, и математиков с другой, это характер пространства. Для математика, если это оговорено им пространство является бесструктурным. Оно характеризуется только измерениями. Для естествоиспытателя пустое, незаполненное пространство, даже если он этого не оговаривает, не существует. Он всегда мыслит реальное пространство и только с ним имеет дело. Реальное пространство натуралиста совпадает с той физической средой, в которой идут наблюдаемые им явления, если он выражает эту среду геометрически. Говоря о природном, реально существующем, пространстве, натуралист говорит о геометрическом строении физической среды, чего в действительности нет - физическая среда разнородна. Натуралист, однако, все время пытается выразить наблюдаемые им явления так, чтобы найти в них место идеальному пространству геометрии. Такое реальное, обладающие определенным геометрическим строением, пространство имеет место во всех физических явлениях.

По мнению Вернадского реальное пространство натуралиста чрезвычайно мало отразилось в философской мысли. “Философская обработка реального пространства определенного строения и замена им вошедшего в философскую мысль пространства геометра является основной задачей нашего времени” [1, стр.213].

Одной из самых важных и самых плодотворных идей новой физики XIX - XX в., основанной на теории относительности, является признание, что время и пространство неразрывно связаны между собой и неразделимы в природных явлениях. Если обратится к анализу понятия о времени, бросается в глаза чрезвычайно характерная черта, связанная с тем, может или не может явление идти во времени одинаково легко вперед и назад, т.е. является ли процесс обратимым или необратимым.

Процесс, связанный с характером энергии, приводит к необратимому процессу - к энтропии, но почти все остальные явления обратимы. Все ньютоновское представление о структуре мира всецело основано на обратимости всех физико-химических процессов. Энтропия мира обычно ставится как бы отдельно от остальных физических явлений, и из необратимости отвечающего ей процесса не делается неизбежных логических выводов.

Но другое выражение энтропии мира, ее неизменное увеличение с ходом времени, указывает, что в никаком природном явлении (известным науке) никогда не будет идти процесс от низшей температуры в высшую температуру без затраты для этого посторонней энергии, связанной неизбежно при этом с превращением части этой энергии в тепловое состояние с низшей, чем данная температура. В результате в “замкнутом” мировом пространстве постоянно и неуклонно с ходом времени уменьшается количество энергии, способной производить работу, и увеличивается количество отработанной энергии, которая не может быть направлена на работу ни одним из известных методов.
Время — всеобъемлющая категория. Нет ни одного реального объекта вне времени, как, впрочем, нет времени вне реальных объектов. Исследуя кристаллы и минералы, Вернадский осуществлял, прежде всего, научный анализ, рассматривал и группировал отдельные объекты своеобразной структуры и химического состава. Проблема времени требовала преимущественно синтеза знаний. И, не прерывая аналитических исследований, Вернадский переходил к обобщениям. В отличие от большинства геологов Вернадский, сочетая научный анализ и синтез, рассматривал судьбу кристаллов и минералов в связи с жизнью земной коры, атмосферы, природных вод. Он рассматривал минералы как подвижные, динамичные структуры, подвластные, как и все в природе, времени (тогда как минералы и кристаллы по старой традиции представлялись ученым неподвижными геометрическими фигурами, не имеющими истории, то есть находящимися “вне времени”). Таким образом, Вернадский ставил в один ряд живую и неживую природу, как участников единого геологического процесса, то есть он раскрывал глубинные взаимосвязи органического и неорганического миров.

Центральной идеей, проходящей через все творчество Вернадского, является единство биосферы и человечества. Вернадский в своих работах по естествознанию раскрывает корни этого единства, значение организованности биосферы в развитии человечества. Как бы не был широк круг вопросов, затрагиваемых Вернадским в своих работах, он везде пытался найти то главное, что, по его мнению, имеет отношение к устройству окружающего пространства в глобальном масштабе. Из всего частного он пытался выделить то общее, что проясняло бы картину мира, в центре которого находится человеческий разум.

Взгляд натуралиста проникал в глубины вещества, обнаруживал в явлениях видимого мира скрытые соответствия, вызванные взаимодействием атомов. Радиоактивные элементы, сила атомной энергии, по мнению Вернадского, определяют особенности поведения вещества земной коры в глубоких горизонтах. А на поверхности планеты решающую роль в геохимических процессах играют живые организмы и энергия Солнца. Земная кора, каменный покров планеты, имеет сравнительно небольшую протяженность — в среднем около тридцати километров (намного меньше диаметра Земли). Однако именно здесь, в земной коре, осуществляются могучие круговороты вещества, направляемые и движимые, с одной стороны (с поверхности планеты), лучистой энергией Солнца, с другой (из глубин) — энергией радиоактивного распада атомов. Живые существа задерживают часть солнечной энергии, достигающей поверхности планеты. Земные растения как бы впитывают солнечные лучи, переводя в процессе фотосинтеза лучистую энергию в энергию синтеза сложных органических соединений. Для Вернадского живые организмы предстали в новом свете — как особая геохимическая сила. Мыслители прошлого порой сравнивали живые существа с пленкой, покрывающей земной шар, подобно плесени, обволакивающей круглый плод. Подчеркивалась “паразитическая” роль жизни, которая питается соками великолепного космического плода, называемого Землей. В действительности роль жизни на Земле иная, утверждал Вернадский. Некоторая часть химических элементов планеты находится в состоянии рассеяния. Для них фактически не имеет значения энергия связи, молекулярная. На первое место у них выходит атомная энергия. Но главная масса элементов земной коры концентрируется в виде месторождений полезных ископаемых, мощных пластов и рудных тел. Значит, существуют какие-то силы, определяющие накопление химических элементов и противодействующие их рассеиванию. Одна из главных сил такого рода, по мнению Вернадского — живые существа.

Вакуум при жизни Вернадского понимался преимущественно как отсутствие в данном объеме каких-либо частиц (атомов, молекул, ионов газа). Однако Вернадский считал, что вакуум не есть пустота с температурой абсолютного нуля, а есть активная область максимальной энергии нам доступного Космоса, т.е. пустоты нет. Под эти размышления подходит гипотеза, предполагающая самопроизвольное рождение атомов в космическом вакууме. Она хорошо объясняет некоторые природные явления, но требует отказа от закона сохранения энергии (точнее, ничтожных по величине отклонений от закона). Однако никто не мешает предположить, что эта энергия, сосредоточенная в вакууме, имеет принципиально другую природу.

Вернадский рассматривал биосферу как особое геологическое тело, строение и функции которого определяются особенностями Земли (планеты Солнечной системы) и космоса. А живые организмы, популяции, виды и все живое вещество — это формы, уровни организации биосферы. Развивая учение о биосфере, Вернадский пришел к следующему выводу: Биогенная миграция химических элементов в биосфере стремится к максимальному своему проявлению. Вовлекая неорганическое вещество в “вихрь жизни”, в биологический круговорот, жизнь способна со временем проникать в ранее недоступные ей области планеты и увеличивать свою геологическую активность. Этот биогеохимический принцип Вернадского утверждает высокую приспосабливаемость живого вещества, пластичность, изменчивость во времени.

Для Вернадского было очень важно выделить роль мысли, знаний в развитии планеты. Мысль направляет деятельность человека. Вернадский рассматривал человеческую деятельность как геологический фактор, во многом определяющий дальнейшее развитие Земли. Для Вернадского человек был, прежде всего, носителем разума. Он верил, что разум будет господствовать на планете, и преображать ее разумно, предусмотрительно, без ущерба природе и людям. Он верил в человека, в его добрую волю. А человеческий разум воспринимался Вернадским как космическое явление, естественная и закономерная часть природы. Природа создала разумное существо, постигая, таким образом, себя.

Таким образом, появление в творчестве Вернадского идей о ноосфере - сфере разума вполне закономерно. При рассмотрении любого вопроса ученый оставлял существенное место разуму в глобальном его проявлении. Вернадский писал о необходимости выделять в биосфере царство разума, которое со временем охватывает всю область жизни и выходит в космос. Разум подобен источнику света: он освещает все вокруг. Отсветы разума сохраняют творения человека: обработанный камень или кость, искусственно выведенные растения или животные, строения, игрушки, одежду, поля, леса... Разум играет роль организатора, руководителя, провидца. Главная отличительная черта человека — разум, бесконечно увеличивающий возможности людей. Он необходим, но недостаточен для изменения материальных процессов.

Именно Вернадскому принадлежат такие работы, открытия, гипотезы, в которых суммируются, обобщаются научные достижения прошлого и на основании новых фактов и обобщений создается современная научная картина мира”. В целом все работы Вернадского являются крупным вкладом в познании диалектики природы. Постоянно оставаясь строгим ценителем фактов, глубоко критически анализируя натурфилософские и философские исторические направления, Вернадский развивал и сохранял свое виденье природы, подчас противоречивое, но настолько всепроникающее, что грандиозные очертания этого научного “видения” мира по праву следует назвать современным естественнонаучным отражением диалектики природы.

Во всех своих исследованиях Вернадский выступает как воинствующий материалист. Здесь он постоянно отстаивает свои материалистические убеждения, критически оценивает различного рода идеалистические, метафизические, философские течения и обосновывает принципы максимально объективного отражения результатов наблюдений и исследований.

Исследуя геохимические процессы, роль живых организмов, значения человечества, разума в эволюции планеты, Вернадский научным взором охватывает планетарные процессы не из окружающей нас среды. А, оставив геоцентрический аспект исследований в качестве частного, он как бы наблюдает Землю из космического пространства, и планетарные процессы оценивает как производные и взаимосвязанные с бесконечностью космических потоков материи и энергии. Таким образом, в основу диалектического развития природы постоянно выдвигается, на первое место, космологический аспект. Именно в этом аспекте получают новое освещение историзм, эволюция нашей планеты и ее оболочек. Вся совокупность живых организмов Земли и их истории выделяется как особая геологическая сила, с одной стороны, равная по своим масштабам с другими планетарными процессами, с другой - принципиально отличная от всего иного - неживого, костного вещества материи. Живое вещество, как и костное, рассматривается у Вернадского и в планетарных и в космических масштабах пространства и времени.

Процессы взаимодействия косного и живого вещества в планетарно-космических масштабах неизменно приковывали к себе научную мысль Вернадского. Научная картина мира, представленная им, динамична, существование живого вещества на Земле, его взаимодействие с косным веществом планеты создает особую оболочку Земли - биосферу. Учение о биосфере не просто описание сложной совокупности живых организмов. Такого рода описания существовали и ранее, но именно выделение живого вещества позволяет рассматривать биосферу как единую планетарно-космическую систему. Присутствие на Земле живого вещества позволяет по-новому оценить особый период планетарного развития в космической среде. Живое вещество прерывно и непрерывно, отдельные организмы еще не отражают качественных свойств живого вещества.

В своей непрерывности и прерывности живое вещество противоречиво: оно характеризуется рождением и смертью индивидуумов. Живое вещество, по мнению Вернадского, специфический поток материи.

Проблема возникновения и развития живого вещества рассматривается, у Вернадского, в аспекте взаимосвязи единичного и всеобщего в исследованиях биосферы.

В научном творчестве Вернадского можно найти подтверждение и широкое применение основных законов диалектики, таких, как единство и борьба противоположностей, переход количества в качество, отрицание отрицания. В 1926 году он писал: “Если в научной области и идет крушение старых построений, оно идет благодаря созиданию новых, с ним не совместимых. Старое не разрушается, но исчезает, расплывается благодаря созданию нового, и часть этого нового, оказывается, существовала в старом, хотя оно и не было в нем видно …”

В развитии учения о биосфере мысль Вернадского как бы следует за естественной историей природы планеты. С появлением на Земле человека, которого ученый включает в состав живого вещества, специфическая оболочка Земли - биосфера преобразуется новой силой - человеческим разумом. “Человек глубоко отличается от других организмов по своему действию на окружающую среду. Это различие, которое было велико с самого начала, стало огромным с течением времени. Человек, несомненно, проявляется в биосфере своим питанием и своим размножением так же, как и все другие организмы. Но масса всего человечества ничтожна по сравнению с массой живого вещества, и прямые проявления в живой природе его питания и его размножения сравнительно почти равны нулю. Разум все изменяет. Руководствуясь им, человек употребляет все вещество, окружающее его, - косное и живое - не только на построение своего тела, но также и на нужды своей общественной жизни. И это использование является уже большой геологической силой. Разум вводит этим путем в механизм земной коры новые мощные процессы, аналогичных которым не было до появления человека.” Эта новая стадия в эволюции биосферы получила название ноосферы.

Учение о ноосфере, разработанной Вернадским, представляет собой выдающееся достижение научной мысли. “Вернадский осознал необходимость нового мышления, в условиях, когда человеческая деятельность приняла общепланетарный характер и стала мощной геологической силой, изменяющей биосферу”. В этих условиях, по мнению Вернадского, человек должен мыслить и действовать в планетарном, биосферном масштабе. Особенно это относится к научной работе, к ученому, несущему полную ответственность за судьбу биосферы и за будущее человечества.

Ноосферная концепция, основы которой были заложены Вернадским в его работах 30-х и 40-х годов, адресована современности, сегодняшнему дню. Она выражает качественно новую ступень в развитии самого естествознания, его коренного поворота к научному освоению производительных сил природы.

Центральной темой учения о ноосфере является единство биосферы и человечества. “Человечество, как живое вещество, неразрывно связано с материально - энергетическими процессами, определенной геологической оболочки Земли - с ее биосферой. Оно не может физически быть от нее независимым ни на одну минуту”. Вернадский в своих работах раскрывает корни этого единства, значение организованности биосферы в развитии человечества. Это позволяет понять место и роль исторического развития человечества в эволюции биосферы, закономерности ее перехода в ноосферу.

Одной из ключевых идей, лежащих в основе теории Вернадского о ноосфере, является то, что человек не является самодостаточным живым существом, живущим отдельно по своим законам, он сосуществует внутри природы и является частью ее. Это единство обусловлено, прежде всего, функциональной неразрывностью окружающей среды и человека, которую пытался показать Вернадский как биогеохимик. Человечество само по себе есть природное явление и естественно, что влияние биосферы сказывается не только на среде жизни, но и на образе мысли.

Но не только природа оказывает влияние на человека, существует и обратная связь. Причем она не поверхностная, отражающая физическое влияние человека на окружающую среду, она гораздо глубже. Это доказывает тот факт, что в последнее время заметно активизировались планетарные геологические силы. “...мы все больше и ярче видим в действии окружающие нас геологические силы. Это совпало, едва ли случайно, с проникновением в научное сознание убеждения о геологическом значении Homo sapiens, с выявлением нового состояния биосферы — ноосферы — и является одной из форм ее выражения. Оно связано, конечно, прежде всего, с уточнением естественной научной работы и мысли в пределах биосферы, где живое вещество играет основную роль”. Так, в последнее время резко меняется отражение живых существ на окружающей природе. Благодаря этому процесс эволюции переносится в область минералов. Резко меняются почвы, воды и воздух. То есть эволюция видов, сама превратилась в геологический процесс, так как в процессе эволюции появилась новая геологическая сила. Вернадский писал: “Эволюция видов переходит в эволюцию биосферы”.

Мы являемся наблюдателями и исполнителями глубокого изменения биосферы. Причем перестройка окружающей среды научной человеческой мыслью посредством организованного труда вряд ли является стихийным процессом. Корни этого лежат в самой природе и были заложены еще миллионы лет назад в ходе естественного процесса эволюции. “Человек ... составляет неизбежное проявление большого природного процесса, закономерно длящегося в течение, по крайней мере, двух миллиардов лет”.

Отсюда, кстати, можно заключить, что высказывания о самоистреблении человечества, о крушении цивилизации не имеют под собой веских оснований. Было бы, по меньшей мере, странно, если бы научная мысль - порождение естественного геологического процесса противоречила бы самому процессу. Мы стоим на пороге революционных изменений в окружающей среде: биосфера посредством переработки научной мыслью переходит в новое эволюционное состояние - ноосферу.

Заселяя все уголки нашей планеты, опираясь на государственно-организованную научную мысль и на ее порождение, технику, человек создал в биосфере новую биогенную силу, поддерживающую размножение и дальнейшее заселение различных частей биосферы. Причем вместе с расширением области жительства, человечество начинает представлять себя все более сплоченную массу, так как развивающие средства связи - средства передачи мысли окутывают весь Земной шар. “Этот процесс - полного заселения биосферы человеком - обусловлен ходом истории научной мысли, неразрывно связан со скоростью сношений, с успехами техники передвижения, с возможностью мгновенной передачи мысли, ее одновременного обсуждения всюду на планете”.

При этом человек впервые реально понял, что он житель планеты и может и должен мыслить и действовать в новом аспекте, не только в аспекте отдельной личности, семьи или рода, государств или их союзов, но и в планетном аспекте. XX век характерен тем, что любые происходящее на планете событие связываются в единое целое. И с каждым днем социальная, научная и культурная связанность человечества только усиливается и углубляется. “Увеличение вселенскости, спаянности всех человеческих обществ непрерывно растет и становится заметным в немногие годы чуть не ежегодно”.

Человек, как он наблюдается в природе, как и все живые организмы, как всякое живое вещество, есть определенная функция биосферы, в определенном ее пространстве-времени;

Человек во всех его проявлениях представляет собой часть биосферы;

Прорыв научной мысли подготовлен всем прошлым биосферы и имеет эволюционные корни. Ноосфере - это биосфера, переработанная научной мыслью, подготавливающейся всем прошлым планеты, а не кратковременное и переходящее геологическое явление.

Многое из того, о чем писал Вернадский, становится достоянием сегодняшнего дня. Современны и понятны нам его мысли о целостности, неделимости цивилизации, о единстве биосферы и человечества. Переломный момент в истории человечества, о чем сегодня говорят ученые, политики, публицисты, был увиден Вернадским.

Вернадский видел неизбежность ноосферы, подготавливаемой как эволюцией биосферы, так и историческим развитием человечества. С точки зрения ноосферного подхода по-иному видятся и современные болевые точки развития мировой цивилизации. Варварское отношение к биосфере, угроза мировой экологической катастрофы, производство средств массового уничтожения — все это должно иметь преходящее значение. Вопрос о коренном повороте к истокам жизни, к организованности биосферы в современных условиях должен звучать как набат, призыв к тому, чтобы мыслить и действовать, в биосферном — планетном аспекте.

В ноосферной концепции Вернадского вопрос о роли науки логически вытекает из диалектики соотношения человечества с биосферой, из объективной необходимости перехода к новым формам связи. Вернадский исходил из того, что наука с самого начала была ориентирована на овладение силами природы.

“Сформировавшаяся как целостность, наука становится мощной исторической и геологической силой, которая коренным образом изменяет биосферу. Она является тем основным звеном, посредством которого углубляется единство биосферы и человечества”.

Именно в XX в. наблюдается небывалый расцвет науки, своего рода взрыв научного творчества. Наука становится вселенской, мировой наукой, охватывающей всю планету.

Вернадский обращал большое внимание на гуманистическое содержание науки, на ее роль в решении задач человечества, на ответственность ученых за применение научных открытий. Эти и многие другие идеи Вернадского о роли науки в развитии человечества, в переходе биосферы в ноосферу имеют актуальное значение для нашего времени.

История всей научной мысли - суть история создания в биосфере новой геологической силы - научной мысли, ранее отсутствующей. И этот процесс не случаен, он закономерен как всякое природное явление. “Биосфера XX столетия превращается в ноосферу, создаваемую, прежде всего ростом науки, научного понимания и основанного на ней социального труда человечества”. Необходимо подчеркнуть неразрывную связь создания ноосферы с ростом научной мысли, являющейся первой необходимой предпосылкой этого создания. Ноосфера может создаваться только при этом условии.

Значение происходящих на планете в XX веке изменений настолько велико, что равные по роли процессы можно найти разве только в далеком прошлом. В настоящий момент вряд ли возможно оценить всю научную и социальную важность этого явления, потому что научно понять - значит поставить явление в рамки реальной космической реальности. Но то, что мы можем увидеть - это то, что наука перестраивается на наших глазах. Биогенный эффект работы научной мысли реально смогут увидеть только наши отдаленные потомки: он проявится ярко и ясно только через сотни лет.

Еще более резкое изменение происходит сейчас в основной методике науки. Здесь вследствие вновь открытых областей научных фактов вызвали одновременное изменение самых основ нашего научного познания, понимания окружающего. Такими совершенно неожиданными и новыми основными следствиями новых областей научных фактов являются вскрывшиеся перед нами неоднородность Космоса, всей реальности и неоднородность нашего познания. Вернадский писал, что сейчас надо различать три реальности: реальность в области жизни человека, то есть наблюдаемую реальность; микроскопическую реальность атомных явлений, не наблюдаемую человеческим глазом; реальность в глобальном космическом масштабе. “Различение трех реальностей имеет неоценимое значение как для понимания связи человечества с биосферой, так и для анализа закономерностей развития науки”.

Человек неотделим от биосферы, он в ней живет и только ее, и ее объекты может исследовать непосредственно своими органами чувств. “За пределы биосферы он может проникать только построениями разума, исходя из относительно немногих категорий бесчисленных фактов, которые он может получить в биосфере зрительным исследованием небесного свода и изучением в биосфере же отражений космических излучений или попадающего в биосферу космического внеземного вещества...” Таким образом, научная мысль человечества, работая только в биосфере, в ходе своего проявления, в конце концов превращает ее в ноосферу, геологически охватывая ее разумом. Только теперь стало возможным научное выделение биосферы, являющейся основной областью знания, из окружающей реальности.

Из всего вышесказанного можно сделать следующие выводы:

Научное творчество человека - сила, изменяющая биосферу.

Это изменение биосферы - неизбежный процесс, сопровождающий научный рост.

Но это изменение биосферы - стихийный природный процесс, происходящий независимо от человеческой воли.

Вхождение в биосферу нового фактора ее изменения - человеческого разума есть природный процесс перехода биосферы в ноосферу.

Постоянно совершенствуясь, наука может продвинуться все дальше в изучении окружающей среды.

Возникновение геохимии и биогеохимии отвечало потребностям целостного, синтетического рассмотрения явлений организованности биосферы, взаимосвязей живого и косного вещества. Эти науки имеют также первостепенное значение для исследования единства биосферы и человечества. Тем самым геохимия и биогеохимия соединяют науки о природе с науками о человеке. Центром такой интегрированной науки, по мнению Вернадского, является учение о биосфере.
Если считать В.И.Вернадского не только естествоиспытателем, но и философом, то важно выяснить, к какому же философскому направлению он был наиболее близок.

Говоря о своих философских взглядах, он чаще всего называл себя реалистом. Ближе всего он был к неореализму, который на его глазах сформулировал свои позиции. В реализме и неореализме для В.И.Вернадского было важно признание объективной реальности, независимой от нашего сознания, окружающего нас мира. На этом признании строилась вся его научно-исследовательская работа в разных областях естествознания. Вернадский не стремился создать какое-то особое философское учение или направление. Он вырабатывал свое личное мировоззрение, соответствующее его складу ума и характера, моральным принципам, знаниям. Он всегда руководствовался "такой формой теоретического мышления, которая основывается на знакомстве с историей мышления и ее достижениями".

      В своих общих рассуждениях он как бы возвращал понятию "философия" его первозданную сущность ("фило"  -- любовь, "софия"  -- мудрость), потому что любил мудрость и был мудр.

Философские взгляды В.И.Вернадского, их эволюцию еще предстоит исследовать, хотя это очень не просто, но на этом пути исследователей ожидают интереснейшие открытия.
3. Наука и религия В.И. Вернадского.

      Моральные принципы Вернадского сложились во многом под воздействием произведений Л. Н. Толстого, его представлений о добре и истине, оказавший на него, в годы студенчества, очень большое влияние.    

Толстой написал "Исповедь" и несколько философско-религиозных трактатов, заново перевел Евангелия, полностью исключив из них все чудеса, стремясь придать земные черты образу Иисуса Христа и реалистически описать его легендарную жизнь. Часть верующих была этим возмущена. Православная церковь заклеймила Л. Н. Толстого как безбожника. Однако для многих молодых людей страстные и глубокие мысли Толстого, его неистовое стремление к истине, вера в разум и добро стали поводом к серьезным дискуссиям, размышлениям и сомнениям в правильности тех "истин", которые им втолковывались с детства родителями, священниками, преподавателями гимназий.

      Вернадский искренне увлекся учением Толстого и разделял многие его сомнения. Однако Толстой не верил в то, что наука способна удовлетворить стремление человека найти "смысл жизни", примириться с неизбежностью смерти, обосновать высокие моральные принципы. Вряд ли подобные идеи были близки Вернадскому. В отличие от Толстого он всю свою жизнь сохранял веру в научное знание и стремился найти ответ на множество вопросов бытия на основе логического анализа фактов, достоверных сведений о мире и человеке.

            Великий писатель в поисках ответов на загадки бытия занялся богословием и философией. Великий ученый связал свои личные переживания с научным творчеством.

  Жизнь Вернадского богата событиями: он много путешествовал, встречался с интересными людьми, активно участвовал в общественной жизни. И все-таки главной для него всегда оставалась напряженная духовная деятельность, размышления, познание природы.

Вернадский постоянно расширял область своих научных интересов. Начиная исследовать какую-нибудь научную проблему, он обычно продолжал заниматься ею многие годы. Не решал последовательно одну проблему за другой, а изучал их параллельно. И это вполне естественно: в науке, решив одну задачу, тотчас замечаешь несколько новых.

      Вернадский постоянно ощущал движение научной мысли и старался постичь его закономерности. Поэтому в своих работах он уделял много места истории идей. Вернадский с юношеских лет увлекался общими проблемами природы и бытия.

Вернадский был цельной, глубокой, многогранной личностью, оригинальным и неутомимым мыслителем, увлеченным поисками истины. Мужественный, искренний, отстаивающий свои взгляды в самых трудных ситуациях, борющийся за справедливость, не оставляющий в беде учеников и товарищей. Он мог бы служить образцом русского интеллигента-патриота, сочетающего творческие искания с практической деятельностью, а увлечение наукой и философией  - с борьбой за справедливость.

Но есть еще одно, более верное и более ценное продление жизни, доступное каждому из нас в любом возрасте: "день превращать в несколько дней", насыщать каждую минуту бытия чувствами, мыслями, действием.

С юношеских лет Вернадский всерьез задумывался о жизни и смерти, о связи поколений, о цели человеческого существования  - как отдельной личности, так и всего человечества. В детстве он был глубоко потрясен смертью своего очень талантливого старшего брата. Неотвратимость смерти Вернадский почувствовал рано и всегда помнил о бренности своего личного существования.

      В представлениях Вернадского о единстве и геологической вечности жизни можно усмотреть что-то от субъективных ощущений. Еще до разработки учения о биосфере ученый писал, что смысл личной жизни определяется ее связью с прошлыми поколениями. Именно в единстве со всем сущим  - смысл бессмертия.

      Таким был один из принципов научной веры Вернадского. Но вера  - это желание, мечта, надежда. Ученый не мог ограничиваться одной лишь ею. Он пытался с помощью науки найти ответ на проблему сущности жизни  - и жизни индивидуальной, бренной, и всеобщей, непрерывной, геологически вечной.

      Жизнь  - не случайное явление на земной поверхности. "Она теснейшим образом связана со строением земной коры, входит в ее механизм и в этом механизме исполняет величайшей важности функции, без которых он не мог бы существовать". "Ею в действительности определяется не только картина окружающей нас природы, создаваемая красками, формами, сообществами растительных и животных организмов, трудом и творчеством культурного человечества,  - но ее влияние идет глубже, проникает более грандиозные химические процессы земной коры".

      Однако назвать и познать явление природы  - не одно и то же. Самые точные формулировки и характеристики не исчерпывают проблем жизни. Ясный ум Вернадского отлично понимал это: "Как мог образоваться этот своеобразный механизм земной коры, каким является охваченное жизнью вещество биосферы, непрерывно действующий в течение сотен миллионов лет геологического времени,  - мы не знаем. Это является загадкой так же, как загадкой в общей схеме наших знаний является и сама жизнь".

Список верующих ученых нередко начинают с имени В.И.Вернадского, вклад которого в современное естествознание трудно переоценить. В 30-е г. философ А.М.Деборин квалифицировал взгляд Вернадского на проблему времени как религиозно-мистическое мировоззрение, а Д.Новогрудский пошел еще дальше, называя ученого "фанатичным религиозником". В 60-е годы В.П.Яковлев именовал его "богостроителем", "проповедником очищенной" и "облагороженной" религии.

Более того, до начала нашего века Вернадский склонялся к мнению о бессмертии души, утверждаемому, в частности, христианской религией. Во время одной из бесед с Л. Н. Толстым он горячо отстаивал подобные взгляды, за что Толстой обвинил его в мистицизме.

      В прошлом веке то и дело прокатывались волны увлечения спиритизмом, ясновидением. Как ни странно, склонялись к таким увлечениям некоторые ученые, стоящие на позициях эмпиризма  - преклонения перед опытом, фактом, причем не только идеалистического эмпиризма, но и материалистического. Этот странный феномен рассмотрел, в частности, Ф. Энгельс в своей статье "Естествознание в мире духов". По его замечанию, "...за последние годы английский эмпиризм в лице некоторых своих, далеко не худших, представителей стал как будто бы безвозвратно жертвой импортированного из Америки духовыстукивания и духовидения". Почему так произошло? Ф. Энгельс пояснил: "...эмпирическое презрение к диалектике наказывается тем, что некоторые из самых трезвых эмпириков становятся жертвой самого дикого из всех суеверий  - современного спиритизма".

Считал ли себя верующим сам ученый? На этот вопрос достаточно убедительно ответил И.И.Мочалов в статье "В.И.Вернадский и религия". С одной стороны, Вернадский не раз говорил о своей религиозности, с другой, считал себя "верующим вне христианских церквей". В его дневниках и письмах имеются следующие утверждения: "Для меня не нужна церковь и не нужна молитва. Мне не нужны слова и образы... Бог - понятие и образ, слишком полный несовершенства человеческого". Или: "Принять "откровение" не могу. Религиозные откровения - в частности христианские - кажутся мне ничтожными по сравнению с тем, что переживается во время научной работы". Далее: "Мое отрицательное отношение распространяется на все формы живых религий". И, наконец: "По отношению к Христу нет никаких данных о его существовании. Его реальность многими сейчас отрицается - фольклор". Можно ли считать верующим человека, отрицающего и веру в Бога, и религиозные обряды? Человека, который считает, что "христианство исключает свободу искания истины" и выступает против распространения религиозной литературы, так как она "дурно влияет на народ и вообще на людей, развивая мистицизм, развивая какое-то принижение, покорность перед своим положением "волей божьею"? Полагаю, что нет. Какой же тогда смысл вкладывал Вернадский в понятие "религиозный"? Обратимся вновь к его "Дневнику": "Великая ценность религии для меня ясна не только в том утешении в тяжестях жизни, в каком она часто оценивается. Я чувствую ее как глубочайшее проявление человеческой личности. Ни искусство, ни наука, ни философия ее не заменят и эти человеческие переживания не касаются тех сторон, которые составляют ее удел". В одном из писем Вернадский определил "так называемое религиозное чувство" как "сумму нравственных стремлений". Ряд высказываний ученого свидетельствует о том, что его религиозность связана не с догматами веры, а с особыми эмоциональными состояниями переживания единства человека с природой, космосом. Подобные состояния характерны для многих ученых. Эйнштейн назвал их "космическим религиозным чувством".

«Человек, – писал Вернадский, – должен понять, что он не есть случайное, независимое от окружающего – биосферы или ноосферы – свободно действующее природное явление. Он составляет неизбежное проявление большого природного процесса, закономерно длящегося в течение, по крайней мере, двух миллиардов лет». И подчеркивал далее, что «научное знание, проявляющееся как геологическая сила, создающая ноосферу, не может приводить к результатам, противоречащим тому геологическому процессу, созданием которого она является».

Работая над главным трудом своей жизни – учением о живом веществе, Вернадский приходит к выводу о вечном существовании жизни в Космосе, о ее безначалии. Не получив поддержки у современных ему ученых, он обращается к древней философской мысли, к философской традиции Востока, к трудам Вивекананды, и в восточной мудрости находит подтверждение своим идеям. Отмечая, что вопрос о том, является ли жизнь в Космосе лишь планетным явлением, наукой еще не изучен, Вернадский ссылается на ряд философских систем, в которых «жизнь рассматривается как одно из главных всегдашних проявлений реальности». Сочетая высокие взлеты прозрений, точные опыты и количественные подсчеты, Вернадский приходит к выводу о единстве и взаимодействии косной и живой материи Земли с Космосом, о единых законах их развития. Размышляя о бессмертии, он формулирует идею автотрофного человека. Понятие «автотрофного человечества», введенное Вернадским, так же как и «лучистое человечество» Циолковского, очень близко к понятиям миров иных состояний материи, о которых говорит Живая Этика Е.И.Рерих.

      Читая труды Вернадского, попадая в поток его идей, невольно настраиваешься на размышления.

      Есть ученые, изрекающие истины. Они как бы укладывают каменную плотину поперек течения мысли. До сих пор  -- движение, а дальше  -- все. Путь закончен. Остается только подниматься все выше, устремляться в стороны до тех пор, пока не хлынет поток через край или не найдет окольных путей.

      Вернадский никогда не претендовал на знание каких-то особых, навеки незыблемых истин. Его эмпирические обобщения подобны ограждающим дамбам, не позволяющим потоку растечься в стороны. Он всегда оговаривал возможность появления новых фактов, которые заставят изменить или уточнить его обобщения.

      Осторожно, ненавязчиво, но целеустремленно, основываясь на фактах, ведет Вернадский читателя от истоков научных идей к их современному состоянию и стремится показать дальние горизонты науки, те неведомые рубежи, которые предстоит еще освоить и которые неизбежно видятся нечетко и обобщенно.

      Вернадскому очень нравилась книга Ромена Роллана о Рамакришне. Полуграмотный индийский йог поражал даже умудренных знаниями западных философов своим острым умом, неиссякаемой фантазией, глубиной мысли, живостью, образностью своих сказов, притч и поучений. Он тоже не был философом в обычном смысле слова. Он даже умудрялся, оставаясь верующим, иронически отзываться о слепой вере, не отрицал атеизма. Это был необычайный человек, и Роллан писал о нем с особой теплотой и вдохновением.

      Мудрые, а подчас ироничные притчи Рамакришны не могли оставить Вернадского равнодушным. Он писал: "Через Гёте я пришел к Р. Роллану... на днях закончил чтение его книжки о Рамакришне, которая мне дала так много, как давно ни одна книга. Заставила глубоко думать и вызвала порыв писать по вечным вопросам бытия. Не философский, не религиозный порыв  - но форму научной исповеди".

      Рамакришна рассказывал о слепцах, впервые повстречавших слона. Один ощупал его ноги и сказал, что слон подобен колонне. Другой, которому под руку попался хвост, закричал, что слон похож на змею. Третий, ощупав бивни заключил о сходстве слона с буйволом.

      Вернадский вряд ли сдержал улыбку, читая эту историю. Верно, даже самый тонкий анализ одной части не может дать представления о целом. Вызовет в воображении ложный образ. Надо уметь, исследуя часть, видеть целое.

      А другая сказка? Мудрец встретил отшельника и спросил, чему он научился за долгие годы уединения. Йог сказал: "Я умею ходить по воде". Мудрец вздохнул: "Ты потратил годы на то, что достигнет каждый, заплатив один грош перевозчику".

      Нет, здесь, пожалуй, речь идет не только о религиозных чудесах. Мысль глубже: о бесплодных трудах. Пожалуй, и о науке ради науки. О той радости, которая достигается личными, никому другому не нужными занятиями. Заплати деньги  - тебя порадуют в театре, кино, цирке. Истинную цену имеет только то, что делается для других людей.

      Еще одна притча  - о ветре и деревьях. В саду хозяйничал ветер, но лишь одно дерево сильно раскачивалось и шумело: его ветви не были отягощены плодами. Да, такова логика жизни. Тяжелее стоять  - легче выстоять. Часто слышишь: я не успеваю, меня постоянно отвлекают, мне не созданы условия... Творец находит опору в своем творчестве, в своих произведениях.

      Древняя мудрость народа говорит устами этого индуса; древняя мудрость, веками живущая в народных сказаниях, пословицах, поверьях, песнях, языке; древняя мудрость, доступная одинаково ученому и простому крестьянину. В нашу современную жизнь неявно включено прошлое, и мы не всегда умеем оценить это наследство, и нередко забываем, что стоим на плечах многих предшествующих поколений и станем опорой для будущих.

      Но какая интуиция, какой тайный поворот мысли помогли Рамакришне ответить актеру-пьянице: "Возможно, бог тоже иногда пьет  - иначе б он не создал столько несуразного в этом мире".

      Странные отношения с богом сложились у этого йога. Что это  - неверие? Бездумная шутка? Примитивная вера, как у древних греков воспевавших безобразия богов? Нет, здесь особое миропонимание. Есть нечто, охватывающее весь мир,  - гармония Вселенной, как бы ее ни называли; божественным порядком или всеобщим законом природы. Но временами, но местами в этой гармонии мира появляются диссонансы, врывается хаос. Оказывается, бог тоже бывает пьян! Художественный образ, верно отражающий реальность  - Вернадский находил в книге Ромена Роллана созвучия своим мыслям. Высказанное в иной форме, иными словами, иным человеком и даже по иному поводу оказывалось и его личным, передуманным, в чем-то очень глубоком, в каком-то неуловимом единстве. Единство сферы разума? Единство человечества на планете? Единство биосферы, среды жизни? Единство космоса?

      "Я начну этот рассказ, как волшебную сказку. Замечательнее всего то, что эта древняя легенда, которая кажется страничкой из мифологии, есть история людей, живших еще вчера, наших соседей "по веку", которых видели своими глазами наши современники.

      ... Я беседовал с некоторыми из тех, кто были соподвижниками этого мифического существа  - человека-бога; я ручаюсь за их правдивость.

      Перечитывая сейчас эти прекрасные строки Ромена Роллана о Рамакришне, представляется, что почти так же можно начать рассказ о Вернадском. Вернадский в наше время представляется как бы мифологическим героем, пришедшим в наш век, современным Прометеем, стремящимся познать мироздание и человека и открыть свои знания людям.

      Он сам, будто предвидя путь своей жизни, писал в 1889 году об античной скульптурной группе, изображающей борьбу богов и титанов: "... Здесь видна свободная, гордая мысль, мысль, гонящая тоску, рвущаяся вперед, далеко... Титаны не уничтожены богами... Победа богов должна была быть поверхностной, как поверхностной была победа богов над Прометеем".

      Безликие и всемогущие силы природы простирают свою власть над каждым человеком. Человек бессилен победить их. Но своим стремлением к познанию он бросает им вызов и, погибая, побеждает. Его победа - в неугасимом огне разума и жажды познания.
4.Заключение.

Наука и философия имеют общую цель – постижение истины и выяснение характера взаимосвязи человека с миром. Науку, философию и религию он рассматривал в качестве самостоятельных, но тесно связанных друг с другом проявлений духовной деятельности человека. Это убеждение служило не только поводом для ожесточенных и, как правило, безграмотных нападок на выработанную им естественнонаучную философскую систему взглядов, но и для различных интерпретаций последней, предпринимавшихся время от времени сторонниками различных философских школ и направлений. Внимательное и непредвзятое изучение научного наследия В.И.Вернадского убеждает в том, что созданная им в течение почти шестидесятилетней напряженной творческой работы система представлений должна рассматриваться именно как единая, целостная Система, не имеющая аналогов в той области знания, которую принято называть философией естествознания. С ней можно не соглашаться, но ее можно и развивать, воспринимая ее именно как единое мировоззрение, как Систему, характеризующую определенный этап в эволюции естествознания и философии.

Процесс перехода биосферы в ноосферу неизбежно несет в себе черты сознательности, целеустремленной деятельности, творческой работы. Вернадский видел стоящие перед человечеством задачи огромной важности по созиданию ноосферы. С позиций этих задач он отмечал беспочвенность суждений о возможности крушения цивилизации. Некрушимость цивилизации Вернадский обосновывает следующими тезисами:

Человечество стоит на пути создания ноосферной оболочки Земли, все больше укрепляя свои связи с биосферой. Человечество становится Вселенской категорией.

Человечество в своем развитии стало единым целым благодаря тому, что интересы всех, а не отдельных лиц, становятся государственной задачей.

Глобальные проблемы человечества, такие как сознательное регулирование размножения, продление жизни, победа над болезнями, начинают решаться.

Ставится задача распространения научного знания на все человечество.

Вернадский писал: “Такой совокупности общечеловеческих действий и идей никогда раньше не бывало, и ясно, что остановлено это движение быть не может. В частности, перед учеными стоят для ближайшего будущего небывалые для них задачи сознательного направления организованности ноосферы, отойти от которой они не могут, так как к этому направляет их стихийный ход роста научного знания”.

Его уверенность в будущем основана на возрастающем значении в развитии человечества совместных общечеловеческих действий. Вернадский, конечно, не мог предвидеть современной остроты глобальных проблем мирового развития. Но и они лишь усиливают значение совместного решения задач сознательного направления организованности ноосферы.

Одной из важнейших проблем формирования организованности ноосферы является вопрос о месте и роли науки в жизни общества, о влиянии государства на развитие научных исследований.

Вернадский высказывался за образование единой (на государственном уровне) научной человеческой мысли, которая являлась бы решающим фактором в ноосфере, и создавало бы для ближайших поколений лучшие условия жизни. Первоочередные вопросы, которые необходимо решить на этом пути, это - “вопрос о плановой, единообразной деятельности для овладения природой и правильного распределения богатств, связанный с сознанием единства и равенства всех людей, единства ноосферы”; идея о государственном объединении усилий человечества.

Поражает созвучность идей Вернадского нашему времени. Постановка задач сознательного регулирования процесса созидания ноосферы чрезвычайно актуальна для сегодняшнего дня. К этим задачам Вернадский также относил искоренение войн из жизни человечества. Он большое внимание уделял решению задач демократических форм организации научной работы, образования, распространения знаний среди народных масс.

Мыслью проникая в межзвездные дали, познавая миллионолетия прошлого, познавая сам элемент познания, научная мысль остается не просто продуктом человечества  - совокупности всех поколений людей.

      "Наука не существует помимо человека и есть его создание, как его созданием является слово, без которого не может быть науки... в научно выраженной истине всегда есть отражение  - может быть чрезвычайно большое  - духовной личности человека, его разума".

      В конце концов, мыслит не некое обобщенное человечество. Мыслит каждый конкретный человек. Человеческая личность.

      "В мире реально существуют только личности, создающие и высказывающие научную мысль, проявляющие научное творчество  - духовную энергию. Ими созданные невесомые ценности - научная мысль и научное открытие в дальнейшем меняют... ход процессов биосферы, окружающей нас природы". "Старое не разрушается, но исчезает, расплывается благодаря созданию нового, и часть этого нового оказывается сущею в старом, хотя она и не была в нем видна".  Даже мимолетная речная рябь или оспина от дождевой капли на прибрежном песке доходят до наших дней из глубин миллионолетий.  Прошлое не исчезает бесследно. Оно не восстанавливается в точности, но постоянно обновляется.  Бессмертие всего сущего  - в постоянном возрождении и обновлении.  Я верю в бессмертие.

 Для геолога эта вера вполне естественна и оправдана. Геолог в мыслях своих постоянно обращается к прошлому.  Вот рисунок доисторического ландшафта и зубастого динозавра, вымершего давным-давно. Палеонтолог и художник даровали новую жизнь древнему чудовищу и древним растениям.

На земной поверхности сейчас обнажаются горные породы, рожденные за всю геологическую историю. Они участвуют в современной жизни Земли.

Не так ли остаются среди нас все те, кого сохраняем мы в своей памяти, кто участвовал в созидании окружающего нас мира?

Кроме бессмертия дел, некоторым людям даровано бессмертие мысли, духа. Не той души, которая якобы отходит в небеса с последним вздохом, а особого склада характера, образа мысли, созданий разума,  - всего, что входит в понятие творческой человеческой личности.

      Владимиру Ивановичу Вернадскому суждено такое бессмертие.

Список использованной литературы:


  1. Симаков К.В. 1.К проблеме естественнонаучного определения времени. Магадан: СВНЦ ДВО РАН, 1994. К истории переоткрытия времени // Вестник РАН, 1995. Т. 65. № 6.2. Реальное время в естественнонаучной картине мира // Вестник РАН, 1997. Т. 67.

  2. Яншина Ф.Т. Развитие философских представлений В.И.Вернадского. М.: Наука, 1999.Архив РАН. Ф. 518, оп. 7, № 48.

  3. Вернадский В.И. Очерки и речи. Вып. 2. Пг., 1992.

  4. Вернадский В.И. Проблема времени в современной науке / Труды по философии тествознания. М.: Наука, 2000.

  5. Вернадский В.И. Записи. 1920-е годы. Архив РАН. Ф. 518, оп. 1, д. 160.

  6. Вернадский В.И. Дневник 1941–1943. Архив РАН. Ф. 518, оп. 2, д. 21.

  7. Вернадский В.И. Письмо Б.Л.Личкову 22 октября 1933 г. / Переписка В.И.Вернадского с Б.Л.Личковым (1918–1939). М.: Наука, 1979.

  8. Вернадский В.И. Письмо С.Ф.Ольденбургу 28 октября 1933 г. Архив РАН. Ф. 208, оп. 3, д. 106.

  9. Вернадский В.И. Кант и естествознание XVIII столетия / Статья об ученых и их творчестве. М.: Наука, 1997.

  10. В.И. Вернадский: Pro et Contra. Антология литературы о В.И.Вернадском за сто лет (1898–1998). СПб.: Изд-во Русского Христианского гуманитарного института, 2000.

  11. Вернадский В.И. Труды по философии естествознания. М.: Наука, 2000.

  12. Ковда В.А. Современное учение о биосфере // Успехи биологических наук. 1969. Т. XXX. № 1.

  13. Человек и биосфера: история и современность. Международный симпозиум. Пущино, 1988.

  14. Вернадский В.И. По поводу критических замечаний академика А.М.Деборина // Изв. АН СССР. 7-я сер. ОМЕН. 1933. № 3.

  15. Вернадский В.И. О научном мировоззрении / Труды по философии естествознания. М.: Наука, 2000.

  16. Урманцев Ю.А. Специфика пространственных и временных отношений в живой природе // Пространство, время, движение. М., 1971.

  17. Вернадский В.И. [О пространстве-времени] / Труды по философии естествознания. М.: Наука, 2000.

  18. Вернадский В.И. Проблема времени в современной науке // Известия АН СССР, 7–я сер. ОМЕН. 1932. №4.

  19. Симаков К.В. Очерк истории «переоткрытия времени» // Вестник РАН. Т. 65. № 6.

  20. Левич А.П. Мотивы и задачи изучения времени // Конструкции времени в естествознании: на пути к пониманию феномена времени. М.: Изд-во МГУ, 1996.

  21. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление / Труды по философии естествознания. М.: Наука, 2000.

  1. Яковлев В.П. В.И.Вернадский о соотношении науки, философии, религии и морали// Некоторые вопросы исторического материализма. Ростов-на-Дону, 1962

  2. Здесь и далее цит. по: Мочалов И.И. В.И.Вернадский и религия// ВИЕТ, 1988, N 2

  3. Эйнштейн А. Религия и наука. 1930// А.Эйнштейн. Собр. н. трудов. Т.IV. М., 1967


Источник: http://nashaucheba.ru/v13137/%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B0%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D0%B2.%D0%B8._%D0%BE_%D1%81%D0%BE%D0%BE%D1%82%D0%BD%D0%BE%D1%88%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B8_%D0%BD%D0%B0%D1%83%D0%BA%D0%B8,_%D1%84%D0%B8%D0%BB%D0%BE%D1%81%D0%BE%D1%84%D0%B8%D0%B8_%D0%B8_%D1%80%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%B3%D0%B8%D0%B8



Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Почему говоря о воде вернадский подчеркивал что нет природного тела

Похожие новости: